...«Подвезти?» – в очередной раз послышалось из окна автомобиля. За рулём оказалась девушка. Завязавшаяся посреди вечерней дороги беседа длилась около получаса. От предложения отказался, но договорились, что на следующий день зайду в гости, тем более, что до небольшого городка Константиновск, куда она ехала, было километров десять прямо по пути. Встречали меня, незнакомого и странного гостя, будто родного человека: накормили и напоили от души, зарядили аккумуляторы, предложили горячий душ и даже позволили переночевать. После десяти дней путешествия в отсутствии всяческих домашних благ – это было очень кстати!

Начиная от Константиновска, весь дальнейший путь пролегал уже по левому берегу Дона. И хотя дожди раз за разом напоминали о себе, к этому времени уже успел изрядно загореть, а местами даже сгореть. В этих жарких, засушливых краях дорога нередко пересекала небольшие водные каналы, созданные для снабжения водами Дона отдалённых земель. На одном из таких небольших мостков природа преподнесла, пожалуй, один из самых щедрых своих подарков.

...«Понимаешь, моя личная непереносимость жары и желание пробыть в путешествии как можно дольше заставляет каждый раз отправляться в очередной путь всё раньше и раньше, осваивать особенности похода в условиях апрельского сезона дождей, мартовского мороза и даже ещё не сошедших снегов. Суди сама: в мае 2007-го подо Ржевом за несколько жарких дней сгорел почти дотла; в последнюю неделю апреля 2011-го только короткими перебежками удалось пересечь знойные степи и подойти к Волгограду. Начать же нынешнее путешествие решил в первой половине первого весеннего месяца, а маршрут его, пожалуй, для многих уже предсказуем, но не менее интересен: начать путь от устья Волги (места, где она впадает в Каспийское море) и идти на север, вверх по течению

Если помнишь, зима выдалась исключительно затяжной: ночные морозы и небывалые снегопады в марте были почти каждодневным явлением. Однако, какими бы некомфортными для человека были капризы природы, всё это ни в коей мере не могло послужить поводом для пересмотра планов и переноса дня старта – таким был уговор с самим собой. Если ждёшь для путешествия подходящих погодных условий – значит, ты к нему не готов.

...Череда донских городов продолжалась и вскоре на горизонте показался Новочеркасск, столица донского казачества. 200-летний город был заложен именно для переноса столицы из Старочеркасска. Первичное знакомство со значимыми историческими вехами лучше начать с обширной экспозиции, расположенной в здании местного железнодорожного вокзала, где в знак весомого вклада донских казаков в укрепление русской государственности приводятся слова Льва Толстого: «История России написана росчерком шашки». Подкупает город и сохранившейся радиальной планировкой, и просторными улицами с невысокими домами, и обилием памятников многим прославленным деятелям, и, безусловно, главным украшением города – старейшим на Руси Вознесенским Войсковым собором. Здесь же покоятся и останки атамана Платова, основателя столицы казачества. «Второе солнце Дона» – так казаки любовно назвали свой храм из-за былого покрытия куполов червонным золотом и инкрустации главного креста горным хрусталём, благодаря чему в свете яркого солнца храм, как своеобразный маяк для страждущих, был виден на многие километры. Его великие размеры, в сравнении со скромным провинциальным окружением, поистине поражают, но ещё более чарует его ночная подсветка! Дабы увидеть во всей красе сияние «голубой звезды Новочеркасска», даже совершил специальную ночную прогулку на площадь Ермака, главную в городе. Пожалуй, не ошибусь, если скажу, что любая столица мира сочла бы за честь принять к себе собор подобного убранства и величия.

...По пути на Ярославль посетил провинциальный Тутаев. Небольшой городок исторически разделён на две части широкой рекой, по которой сейчас ходит паромная переправа. Необычайно уютно вписаны в высокие волжские берега многочисленные церкви, что словно сочные ягоды утопали в тенистой осенней листве. Запомнилась и небольшая деревня недалеко от Тутаева с совершенно изумительным, на мой взгляд, названием – Пшеничище! «Эх, – подумал я, – ну какая у них здесь, средь лесов да болот, может быть пшеничище?!»

Дни становились всё короче, а холодное дыхание ночи ощущалось всё острее. Нередко уже с вечера в палатке шёл пар изо рта, а по утру в ней всё было ледяным: спальный мешок, верхняя одежда, пища. Для более-менее комфортного сна надевал на себя буквально всё, что было в рюкзаке, ощущав себя при этом в некоем невообразимо толстом скафандре. Но по утру 23-го дня (30-го сентября) случилось то, чем неизбежно должно было окончиться моё путешествие: палатку сковало шершавой ледяной коркой, а травы на полях покрыло белоснежным инеем. Все последующие дни были ясные, солнечные лучи изрядно баловали, но это была уже не та благодатная осень: днём воздух прогревался всего до шести градусов, а ночные морозы стали каждодневным явлением.